Однажды моя коллега Надежда Евгеньевна, ныне счастливая мать новорожденной Лизаветы Андреевны, рассказала мне страшную познавательную историю про то, что её подруга не спит в одной кровати со своим бойфрендом потому, что боится оскорбить чувства десяти- (или одиннадцати-?) летнего сына, знающего, что его биологический папа — другой человек. И поэтому спит в одной кровати с сыном, а бойфренд ночует в соседней комнате на дежурном диване. Честно говоря, когда я услышала этот восхительнейший бред, то отреагировала не самым цензурным образом. Точнее, очень нецензурным. Ибо это же как надо ебан  удариться головой о землю, чтобы придумать такую роскошную комбинацию.

Думаю, что среди моих знакомых барышень есть не одна, чьи дети и мужья (или молодые человеки) не состоят в кровном родстве. Мой Иван Сергеевич, к примеру, прекрасно знает, что Никита Владимирович ни разу не его папа, и никакой трагедии из этого не делает. Ну дядя Никита, ну не папа. Так случается иногда в жизни. Что мне теперь — мужа на антресоли спать выгонять? Или в ванную? А то вдруг Ванькины чувства ненароком как только оскорблю!


Когда мне было тринадцать, я была безумно пытливой воздушной барышней, остро переживающей юношеские прыщи и переходный возраст. Я лихо посылала весь мир как можно дальше и независимо сплёвывала сквозь щербатые зубы на такой скучный и унылый асфальт. И тут у меня появилась лепшая подружайка, которая и подбила меня перлюстрировать содержимое родительского сейфа. Нет-нет, мы не пытались устроить ограбление века, наш интерес был совсем не денежный, просто было до жути интересно. Итак, стырив у "предков" ключ, я полезла изучать почти пожелтевшие бумаги. Не буду в деталях рассказывать о том, что я нашла в маленьком домашнем сейфе, упомяну лишь несколько деталей.

Сопоставив дату своего рождения и дату регистрации родителей, осознала, что поженились они спустя два года после моего рождения. Ухватившись цепким глазом за эту нестыковку, я стала изучать свою детскую медицинскую карту, где и прочла, что таинственным образом я при рождении носила иную фамилию. В этот день мне стало ясно, что мой папа — вовсе не мой биологический папа. Истерик не было. Я никому не рассказала про то, что я знаю тайну. Конечно, у меня были кровопролитные конфликты с родителями в прекрасном подростковом возрасте, однажды в запале я даже бросила в лицо отцу, что он мне вовсе не родной, но это не было принято всерьёз (да и мной тоже) и жизнь раз за разом снова набирала обороты.

Потом появились "Одноклассники", и на мою страничку заглянул человек из Канады, Торонто, с фамилией, которую я видела на своей детской медицинской карте. Он закончил тот же институт, что и мои родители, был на год младше моей мамы и носил имя Сергей. Ну да, я же не упомянула, что при рождении я была Сергеевной. Язвительное "какие люди!", язвительное наобум, интуитивно, зло и... удалённая на следующий день страничка пользователя. Подозрительно...

Мама раскололась в прошлом году, когда мне было уже тридцать два. Я приезжала за Иваном в Чебоксары, а мама вечером прошептала, что у нас есть дико серьёзный разговор тет-а-тет, перепугав меня до смерти. В голове носились призраки страшно смертельных болезней, полного финансового банкротства и залога трёхкомнатной квартиры у банка. Мама, адски смущаясь, призналась, что мой папа мне не родной.

Что она точно не ожидала услышать, так это "да ладно, я уже лет двадцать, как это знаю, биопапашка даже в интернетах меня уже сто лет назад нашёл". Не ожидала, даже всхлипнула, впрочем, всхлипнула с нескрываемым облегчением. Что в этот вечер пришлось пережить моему папе, судить не берусь. Я бы напилась, если бы сидела в ожидании вердикта собственной дочери. Папа, чудесный папа, как он мог просто подумать, что я могу променять его на кого-то абстрактного, бестолкового (а как можно иначе назвать человека, отвергшего такую красотку, как мою мать) и трусливого человечишку.

Своего отца я обожаю. Обожаю лет с двадцати-с-чем-то. Не раньше только потому, что мозги включились где-то в этом возрасте. Это его язвительность во мне, его морщинистый взгляд на жизнь. Я не могу представить, чтобы сказать своему папе "отчим". Это... бред. Бред, иначе не скажешь. Потому что всё, включая состав крови, в этой жизни у меня благодаря и маме и папе.

Самая глупая тайна — тайна родства. Самая трепетно хранимая и самая неожиданно извергающаяся, как пресловутый Эйяфьятлайокудль, принося тучи пепла, огонь и панику.. Стоит ли её хранить? Рано или поздно правда всё равно вылезет наружу. Слово "родитель" происходит от слова "родить", но ведь мало дать свои гены, нужно суметь из куска плоти создать личность. А вот уже никакие гены к созданию этой личности отношения не имеют.

И да, папа и мама, я не знаю, прочитаете ли вы этот странный пост (иногда вы всё же гуляете по моему блогу), но я вас  обожаю. Вы самые прекрасные панки этой цивилизации.

PS:  Брат, если ты этого не знал, то сделай вид, что я это не рассказывала..